Армянские сказки

Тема в разделе "Литература", создана пользователем Волшебница, 17 июн 2006.

  1. Волшебница

    Волшебница

    Регистрация:
    10 мар 2006
    Сообщения:
    1.034
    Симпатии:
    0
    Ремесло дороже золота!

    Жил некогда богатый царь. Он часто тайком от везиров одевался в рубище нищего и ходил странствовать по городам и селам, послушать, что о нем говорит народ. Как-то раз в одном селе царь встретил девушку, такую красивую, что кто ни видел ее - говорил: ни пить, ни есть, на нее смотреть.

    Царь вернулся к себе во дворец и сказал своим везирам:

    - В такой-то деревне живет прекрасная девушка. Пойдите и скажите, что царь хочет на ней жениться.

    Везиры отправились в ту деревню, нашли дом девушки и тоже удивились и восхитились ее красотой. Сказали они отцу и матери девушки, что царь очарован их дочерью и хочет на ней жениться. Отец девушки был бедный крестьянин. Не поверил он, что царь удостоил его дочь такой чести. Но люди царя убедили его, и тогда он сказал:

    - Мы слуги царя, как он прикажет, так и будет.

    И обратился к дочери:

    - Дочь моя, царь послал своих везиров, сватается за тебя. Что им ответить?

    Девушка спросила:

    - А какое у царя ремесло?

    - Что ты, дочь моя, ума лишилась? Какое у царя может быть ремесло? Он владеет миром, что захочет - сделает, а мы все - его слуги.

    - Нет, мой муж должен владеть каким-нибудь ремеслом, иначе я за него замуж не пойду.

    Пошли везиры, передали царю ответ девушки. Удивился царь, но ничего не поделаешь, ради девушки решил выучиться ремеслу. Выбрал он самое легкое ремесло, - стал учиться ткать ковры.

    Овладев этим ремеслом, царь соткал для своей невесты красивый ковер и послал ей в подарок.

    Девушке понравился ковер. Распрощалась она с отцом и матерью и с везирами отправилась в царский двор.

    Царь семь дней и семь ночей свадьбу справлял. Поженились они и стали жить в почестях и славе.

    Прошел не то год, не то два, и снова царь в одежде нищего стал обходить свои города и села, решив узнать, что о нем говорит народ.

    Вот раз во время одного из таких странствий царь попал в руки разбойников, которые, узнав о его ремесле, не убили его, а продали богатому купцу. Купец запер царя в темную каморку, дал ему шерсти, чтобы он ее растрепал и соткал ковер. Царь соткал ковер, да такой красивый, подобного которому не было во всем мире.

    Увидев этот ковер, жена купца сказала мужу:

    - Пусть он выткет большой ковер. Отнесешь его в подарок царю, а он, авось, в долгу не останется.

    Купец пошел в каморку к ткачу и сказал ему:

    - Хочу сделать царю подарок. Вытки ковер, да только смотри, чтобы в целом свете такого не было. И чтоб он был величиной с царский зал, ни на волос не больше и не меньше. Не снести тебе головы, если не выполнишь моих условий.

    Царь, услышав это, очень обрадовался, а длину и ширину своего зала он хорошо знал. И соткал он такой ковер, какой требовал хозяин. А в углу ковра выткал буквы (так, чтоб только одна царица могла прочитать), что попал он в беду и просит освободить его.

    Купец остался доволен работой и понес ковер в Царский дворец. Везиры дали знать царице о принесенном подарке. Царица расстелила ковер, увидела, что он ни на волос не больше и не меньше комнаты, удивилась очень, осмотрела весь ковер и в одном углу увидела буквы. Прочитав надпись и узнав, что случилось с ее мужем, царица побледнела. Царь и прежде ходил по стране недели, месяцы и годы, но никогда ей и в голову не приходило, что может его постигнуть такая участь.

    Царица тотчас повелела привести того, кто соткал этот ковер, целым и невредимым во дворец.

    Везиры отправились с купцом к нему домой, зашли в темную каморку, но царь очень изменился, и они его не узнали. Ткача повели в баню, искупали, нарядили в новые одежды и отвели в царский дворец. А купец наставлял его как вести себя во дворце, как стоять и кланяться.

    Когда царь вошел в палату, царица тотчас же бросилась к нему, обнялись они, поцеловались.

    - Правду говорят, жена, - сказал царь, - что ремесло - дороже золота.
     
  2. ~АнГеЛоЧеК~

    ~АнГеЛоЧеК~

    Регистрация:
    22 апр 2006
    Сообщения:
    179
    Симпатии:
    0
    АНАИТ :lol:
    В давние времена жил царь с царицей. Был у них один- единственный сын
    Вачаган. Отец с матерью души в нем не чаяли и ни днем, ни ночью не
    спускали с него глаз. Слуги толпами ходили за Вачаганом, предупреждая все
    его желания. В двадцать лет царевич был чахлый и хрупкий, как цветок,
    выросший без солнца.
    Однажды старый врач Лохман, слава об искусстве которого разнеслась по
    всему свету, пришел к царю и говорит:
    - Царь! Если ты хочешь, чтобы твой сын Вачаган не сошел раньше времени в
    могилу, то не держи его в четырех стенах. Широки зеленые степи, высоки
    агванские горы. Много в них диких зверей и птиц. Пусть царевич Вачаган
    займется охотой. Только не
    Царь послушался мудрого Лохмана. И царевич, одетый в простое платье, с
    утра уезжал в горы вместе со своим верным слугой Вагинаком. Царевич так
    увлекся охотой, что часто ночь заставала его врасплох, и он вынужден был
    пользоваться гостеприимством радушных крестьян, зачастую деливших с
    усталыми путниками кусок хлеба и кувшин молока.
    Вачаган чутко прислушивался к людским нуждам, и не раз продажный судья
    попадал в тюрьму. Вдовы и сироты, не поведав царю своих бед, получали
    деньги из царской казны, и бедные общины неведомо откуда получали помощь.
    Однажды, разгоряченный охотой Вачаган в сопровождении слуги прискакал в
    деревню Ацик и остановился у родника.
    У родника гурьбою толпились девушки, пришедшие с кувшинами за водой.
    - Напоите меня, девушки! - попросил Вачаган.
    Одна девушка наполнила кувшин и передала его другой. Та, вместо того чтобы
    передать кувшин Вачагану, вылила его на землю. Тогда первая девушка снова
    наполнила кувшин и передала его подруге. Девушка вылила и этот кувшин на
    землю.
    - У меня горло пересохло от жажды, дай же мне воды! - воскликнул Вачаган.
    Девушка рассмеялась и снова вылила воду на землю.
    Вачаган разгневался, но девушка не обращала на это внимания. Она словно
    забавлялась - то подставит кувшин под струю, то снова выльет воду. И
    только на шестой раз она подала кувшин Вачагану.
    Утолив жажду, Вачаган спросил у девушки:
    - Почему ты не дала мне сразу напиться? Шутила ли ты или хотела меня
    рассердить?
    - У нас нет обычая: шутить с незнакомцами, - строго ответила девушка.
    - Я видела, что вы разгорячены охотой, а вода в роднике холодна, как лед.
    Даже разгоряченного коня хороший хозяин не поит холодной водой.
    Такой ответ поразил Вачагана, но еще больше поразила его красота девушки.
    - Как тебя зовут, красавица?
    - Анаит.
    - Кто твой отец?
    - Мой отец - пастух Аран. Но зачем тебе знать наши имена?
    - А разве это грех?
    - Если это не грех, то назови себя и скажи, откуда ты родом?
    - Солгать тебе или сказать правду?
    - Делай, как найдешь для себя достойным.
    - Достойным для себя Я нахожу правду. Но своего имени Я не могу тебе
    открыть.
    Анаит взяла свой кувшин и ушла.
    С тех пор Вачаган потерял покой. Образ Анаит не покидал его ни днем, ни
    ночью. Все чаще и чаще ездил он в деревню Ацик, чтобы хоть мельком увидеть
    красавицу. Верный слуга Вагинак доложил об этом царю с царицей.
    Царь позвал сына и сказал:
    - Сын мой Вачаган! Тебе минуло двадцать лет. Ты - моя единственная
    надежда, ты - опора моей старости. Настало время тебе жениться.
    - Я уже выбрал себе невесту, отец.
    - Кто же она? Дочь какого царя? - обрадовался отец.
    - Она Дочь пастуха из деревни Ацик. Имя ее - Анаит.
    - Это невозможно, - замахал руками царь. - Забудь о ней скорее. Помни, что
    царский сын должен выбирать себе в невесты либо царевну, либо княжну. У
    грузинского царя три дочери - выбирай любую. У князя гунарского -
    красавица дочь, единст
    - Нет, - отвечал Вачаган.
    - Ну, тогда женись на дочери военачальника Варсеник. Она выросла на наших
    глазах, красавица, и будет тебе верной женой и нам покорной дочерью.
    - Нет, отец! Если ты хочешь, чтобы я женился - знай: нет для меня другой
    невесты, как Анаит, дочь пастуха.
    Долго уговаривал царь сына, но тот твердо стоял на своем.
    Тогда царь выбрал богатые подарки, позвал верного Вагинака, и тот в
    сопровождении двух вельмож поехал в деревню Ацик сватать Анаит, дочь
    пастуха.
    Старый Аран приветливо принял гостей и разостлал для них ковер.
    - Какой чудесный ковер! - удивлялись гости. - Это работа твоей хозяйки?
    - Нет, я вдовец! - ответил Аран. - Моя жена умерла десять лет тому назад.
    Это работа моей дочери Анаит.
    - Такого ковра нет даже в нашем дворце. Твоя Дочь искусная мастерица.
    Слава о ее красоте дошла до дворца. Царь послал нас для переговоров. Он
    хочет взять твою Дочь Анаит в жены своему сыну.
    Вельможа ждал, что Аран не поверит своим ушам или запляшет от радости. Но
    пастух продолжал молча сидеть на ковре и ничем не проявил своей радости.
    - Что с тобою, Аран? Ты не рад такой высокой чести?
    - Дорогие гости, - усмехнулся старый пастух. - Я благодарен царю за
    великую честь взять из дома жалкого пастуха украшение для царских палат. Я
    могу подарить царю этот прекрасный ковер, но дочь моя сама распоряжается
    своей судьбой.
    Вельможи переглянулись между собою.
    В комнату вошла Анаит, поклонилась приезжим и села за пяльцы. Ее тонкие
    пальцы мелькали, как белые бабочки.
    - Посмотри, Анаит, какие богатые дары прислал тебе наш царь, - сказал
    Вагинак, вынимая шелковые платья и драгоценные украшения.
    Анаит мельком взглянула на все и спросила:
    - За Что же мне такая милость?
    - Царь хочет тебя в жены своему сыну Вачагану. ты напоила его водой из
    родника. И вместе с кувшином Он отдал тебе свое сердце.
    - Значит, тот прекрасный юноша - сын царя? - удивилась Анаит. - Но знает
    ли он какое-нибудь ремесло?
    - Зачем царскому сыну ремесло? - рассмеялся Вагинак. - Все подданные - его
    слуги.
    - Сегодняшний господин - завтра может стать слугой. Ремеслом должен
    владеть каждый, будь он царь или слуга.
    Вельможи переглянулись между собой.
    - Значит, ты отказываешь царевичу только потому, что он не знает ремесла?
    - переспросили вельможи.
    - Скажите царевичу, что он мне мил, но я поклялась выйти замуж только за
    человека, знающего ремесло, и не могу нарушить клятву.
    Послы вернулись во дворец и рассказали обо всем.
    Царь с царицей обрадовались, думая, что уж теперь Вачаган откажется от
    своего намерения.
    Но Вачаган сказал:
    - Анаит права. И Царь - человек. А каждый человек должен быть мастером
    какого-нибудь дела.
    И решил Вачаган научиться ткать парчу.
    Из Персии привезли мастера, и за один год Вачаган превзошел своего
    учителя. Своими руками он соткал из тончайших золотых ниток подвенечное
    платье и послал его Анаит. Девушка долго любовалась чудесным узором и дала
    свое согласие выйти замуж за Вачагана.
    Семь дней и семь ночей шел свадебный пир. Царю так понравилась Анаит, что
    он с радости на три года освободил всех крестьян от налогов, и в стране
    сложили такую песню:
    Встало солнце золотое в день свадьбы Анаит,
    Дождь из золота полился в день венчанья
    Анаит,
    Все поля озолотились, все налоги позабылись,

    Все пополнились амбары благодатными хлебами.

    Честь и слава нашей мудрой, златокудрой
    Анаит!

    Вскоре после свадьбы царь послал по делам верного слугу Вагинака в дальний
    край своего царства, и тот бесследно исчез.
    Годы шли, царь с царицей умерли, и на трон взошел Вачаган.
    Однажды Анаит сказала мужу:
    - Вачаган! Я замечаю, что ты не знаешь, что делается в твоем царстве.
    Люди, которых ты созываешь на совет, не говорят тебе всей правды. Чтобы
    успокоить тебя, они говорят, что все хорошо. А так ли это на самом деле?
    Сбрось на время царские одеж
    - Ты права, Анаит. Но кто же без меня будет управлять государством?
    - Я! И сделаю это так, что никто не будет знать о твоем отсутствии.
    - Хорошо, Анаит. Завтра я покину дворец, и если через двадцать дней я не
    вернусь, значит, со мною случилась беда.
    В простой крестьянской одежде Вачаган отправился в дальний путь.
    Много он видел, много слышал, но самое необычайное случилось с ним на
    обратном пути в городе Пероже.
    Однажды он сидел на городской площади и увидел толпу народа, следующую за
    седовласым старцем. Старец медленно ступал, перед ним очищали дорогу и
    подставляли под ноги по кирпичу.
    - Кто этот старец? - спросил Вачаган.
    - Это великий жрец, он до того свят, что не ступает ногою на землю из
    боязни раздавить какое-нибудь насекомое.
    В конце площади старец опустился на разостланный ковер и начал проповедь.
    Вачаган протиснулся вперед, чтобы разглядеть и послушать старца. Старец
    заметил Вачагана и подозвал его к себе.
    - Кто ты и откуда?
    - Я из далекой, чужой земли. Пришел искать в ваш город работы.
    - Пойдем со мной. Я дам тебе работу и щедро заплачу за нее.
    Вачаган последовал за старцем. На краю города старец отпустил провожавшую
    его толпу. Остались лишь жрецы и носильщики, нагруженные тяжелою кладью.
    Все они были чужестранцы. Вскоре показался какой-то храм, окруженный со
    всех сторон высокой стеною.
    Великий жрец остановился около железных ворот, отпер их огромным ключом и,
    впустив всех, снова запер замок.
    Вачаган увидел перед собой храм, увенчанный голубым куполом, окруженный
    маленькими кельями. У этих келий носильщики сложили свою кладь, и великий
    жрец повел их в храм. В глубине храма, близ алтаря, великий жрец нажал
    незаметную пружину, и стена раздвинулась надвое. За ней виднелась новая
    железная дверь. Великий жрец открыл эту дверь и сказал:
    - Войдите, люди. Здесь вас накормят и дадут работу.
    Никто не успел сказать и полслова, как железная дверь захлопнулась, и все
    погрузились во тьму. Ошеломленный, Вачаган бросился к дверям и изо всех
    сил застучал:
    - Откройте! Откройте!
    Но ему отвечало только собственное эхо.
    Ошеломленный, Вачаган молча поплелся вперед, туда, где виднелась слабая
    полоска света. Остальные последовали за ним.
    Падая и спотыкаясь, они добрались до скудно освещенной пещеры, откуда
    неслись жалобные крики.
    Навстречу им метнулась какая-то тень. Вачаган выпрямился во весь рост и
    громко крикнул:
    - Кто ты, человек или дьявол? Подойди и скажи, где мы?
    Тень приблизилась и, дрожа, как лист в бурную ночь, остановилась перед
    ним. Это был человек с лицом мертвеца. Его глубоко впавшие глаза сверкали
    голодным блеском, щеки ввалились, синие губы обнажали беззубый рот. Это
    был живой скелет, обтянутый кожей.
    Заикаясь и плача, этот живой труп сказал:
    - Следуйте за мной, и все поймете.
    Они пошли по узкому коридору и вышли в другую пещеру, где такие же голые,
    еле копошащиеся скелеты лежали на холодной земле, прижимаясь друг к другу,
    и тщетно пытались согреться.
    Проводник повел Вачагана дальше, через такую же пещеру, где в чинном
    порядке стояли огромные котлы и такие же люди-тени копошились вокруг них,
    мешая длинными палками какое-то варево.
    Вачаган заглянул в котел и в страхе отпрянул назад. В котле варилось
    человеческое мясо. Вачаган ничего не сказал своим товарищам по несчастью и
    последовал за проводником.
    Тот привел их в огромную, тускло освещенную пещеру, где сотни
    мертвенно-бледных, измученных людей вышивали, вязали, шили. Тем же путем
    проводник привел их в первую пещеру и устало опустился на камень.
    - Тот же старец так же заманил в эти пещеры и нас. Я потерял счет времени,
    ибо тут нет ни дня, ни ночи и только бесконечной чередой тянутся кошмарные
    сумерки. Знаю только, что все, кто попал вместе со мной, - погибли. Если
    человек, попавший сюда, знает ремесло, его заставляют работать, если нет -
    уводят на бойню, и оттуда он попадает в те ужасные котлы, которые вы
    только что видели. Старый дьявол не один, все жрецы - его помощники.
    Вачаган, не отрывая глаз, смотрел на говорящего и... узнал в нем своего
    исчезнувшего слугу Вагинака.
    Вагинак не узнал своего господина, и Вачаган, боясь, чтобы радость встречи
    не порвала, как меч, тонкую нить жизни Вагинака, не назвал себя.
    - Силы совсем оставляют меня, и тогда меня отправят на бойню, - грустно
    сказал Вагинак. - И всех вас ждет та же судьба.
    - Нет! - гневно воскликнул Вачаган. - Оставайся с нами, я верю, что мы
    выберемся живыми из этого ада!
    Вачаган расспросил своих спутников об их ремесле. Один оказался портным,
    другой - ткачом, третий - вышивальщиком, остальные не знали никакого
    ремесла.
    - Будете моими помощниками, - заявил им Вачаган.
    Вскоре с шумом распахнулись железные двери, и в пещеру вошел жрец,
    окруженный со всех сторон стражей.
    - Это новоприбывшие? - спросил он.
    - Да, мы слуги твоей милости.
    - Кто из вас знает какое-нибудь ремесло?
    - Мы - искусные мастера. Мы умеем ткать ценную парчу. Она стоит в сто раз
    больше, чем чистое золото.
    - Неужели на свете есть ткань, которая стоит в сто раз больше, чем золото?
    - удивился жрец.
    - Я не лгу, - гордо ответил Вачаган.
    - Хорошо, - поверил жрец. - Скажи, какие вам нужны инструменты, какой
    материал, и идите в общую мастерскую работать.
    - Нет, о господин! Чужие глаза не должны видеть нашу работу. Позволь нам
    остаться здесь и прикажи посылать нам в пищу хлеб и плоды. Мы не едим
    мясную пищу и, вкусив, сразу умрем, и вы лишитесь огромной выгоды.
    - Хорошо, но горе, если вы обманете меня. Я пошлю вас на бойню и прежде
    чем убить, предам всех страшным пыткам.
    В тот же день жрец прислал необходимые инструменты и материал. Вачаган
    принялся за работу, обучая ей своих товарищей по несчастью.
    Каждый день слуги жреца приносили пленникам хлеб и плоды. Каждый старался
    хоть немного уделить несчастным, томившимся в соседней пещере.
    Вагинак постепенно стал приобретать человеческий вид.
    Когда основа парчи была готова, Вачаган сказал жрецу:
    - Мы не можем дальше работать в полутьме. Прикажи принести нам огня. Жрец
    исполнил просьбу Вачагана и принес смоляной факел и несколько
    светильников.
    Увидев Вачагана, освещенного с ног до головы, Вагинак дико вскрикнул. И
    без сознания рухнул на землю.
    - Что с ним? - удивился жрец.
    - Блеск факела ослепил его, господин. Он придет в себя и спокойно будет
    работать, - с поклоном сказал Вачаган, и жрец ушел.
    Вскоре парча была готова. Она сверкала и переливалась всеми цветами
    радуги. По краям тонкого узора Вачаган выткал крохотными буквами историю
    своей неволи.
    Увидев чудесную парчу, жрец пришел в восторг.
    - Ты действительно мастер, - милостиво бросил он Вачагану.
    - Я тебе говорил, что эта парча будет стоить в сто раз дороже золота. Знай
    же, что она стоит еще дороже! На ней вытканы волшебные талисманы. Жаль,
    что они не доступны каждому. Прочесть и открыть их тайну может только
    мудрая царица Анаит.
    Жадный жрец не отводил глаз от чудесной парчи. Он решил не показывать ее
    главному жрецу, с тем, чтобы самому воспользоваться щедрой прибылью.
    Тем временем Анаит так мудро правила страной, что народ не знал об
    отсутствии Вачагана. Прошло условленных двадцать дней - Вачаган не
    вернулся. Царица встревожилась не на шутку. По ночам она видела страшные
    сны. Собака Вачагана Занги день и ночь выла, кидалась под ноги и, визжа,
    тащила куда-то Анаит за платье. Конь Вачагана не ел корма и ржал, как
    жеребенок, потерявший мать. Куры кукарекали, как петухи, а петухи, вместо
    зари, пели под вечер фазаньими голосами. Храбрая Анаит впала в отчаяние.
    Она разослала гонцов во все концы своего царства, но Вачаган исчез, как
    иголка в стоге сена.
    Однажды утром ей доложили о приезде иноземного купца с товарами.
    - Позовите его, - приказала царица. - Может быть, он встретил на своем
    пути моего дорогого мужа.
    Слуги ввели жреца. Он отвесил царице низкий поклон и на серебряном подносе
    преподнес золотую парчу.
    Анаит мельком взглянула на парчу и спросила:
    - Не встретил ли ты на своем пути царя Вачагана?
    - Нет, - ответил жрец.
    - Сколько стоит твоя парча?
    - Она стоит в триста раз больше, чем вес золота. Это цена работы мастеров
    и материала. А мое усердие оцени сама, о госпожа!
    - Это неслыханная цена за парчу.
    - Это не простая парча, царица, на ней вытканы волшебные талисманы,
    исцеляющие грусть и горе. Занги - собака.
    - Вот как? - удивилась Анаит и снова развернула парчу.
    "Любимая Анаит, я попал в страшный ад. В нем я встретил Вагинака.
    Доставивший парчу - один из демонов этого ада. Ищи нас к востоку от Перожа
    под обнесенным стеной храмом. Налево от алтаря стена раздвигается надвое.
    Торопись, нам грозит смерть. Вачаган".
    Сердце Анаит затрепетало, как пойманная птица. Снова и снова она пробегала
    страшные слова. Собрав все свои силы, Анаит с улыбкой сказала:
    - Да, ты прав! Узоры этой парчи обладают чудесным свойством. Еще вчера я
    не находила себе места от тоски и горя. А сейчас ты видишь - я улыбаюсь.
    Этой парче нет цены. Но мертвое творение не может быть выше своего творца,
    - не так ли?
    - Ты говоришь мудро, царица.
    - Приведи ко мне мастера, соткавшего эту парчу, - я хочу посмотреть на
    него.
    - Мудрая царица! Я не видал этого мастера. Я купец и приобрел эту парчу в
    Индии у одного еврея. А тот купил парчу у араба. А у кого купил араб - я
    не знаю.
    - Но ты говорил, что работа и материал стоят в триста раз дороже веса
    золота. Значит, ты сам отдал ее ткать.
    - Мудрая царица, так сказал мне купец, у которого...
    - Ты лжешь! - гневно вскричала царица. - Талисманы открыли мне твою
    мерзкую тайну. В темницу его!
    Слуги схватили жреца и увели.
    Анаит приказала трубить тревогу. Тревожно перешептывающийся народ запрудил
    дворцовую площадь, спрашивая друг у друга, что случилось.
    На балкон вышла вооруженная с ног до головы Анаит.
    - Граждане! - сказала она. - Жизнь нашего царя Вачагана в опасности. Кто
    любит царя, кому дорога его жизнь - за мной. К полудню мы должны быть в
    Пероже.
    Не прошло и часа, как все, кто мог носить оружие, были на конях. Анаит
    оседлала огненного коня, обскакала свое войско, скомандовала "вперед" и
    помчалась в Перож, вздымая за собой облако пыли. Войско Анаит осталось
    далеко позади, когда она остановила огненного коня посреди площади Перожа.

    Жители, приняв Анаит за божество, преклонили перед нею колени.
    - Где ваш начальник? - гордо спросила Анаит.
    - Я твой слуга, - поднявшись с колен, сказал седобородый старик.
    - Что творится в твоем храме?
    - Там живет святой человек, которого чтит весь наш народ.
    - Святой человек?! Веди меня к нему.
    Начальник повел Анаит к храму, а за ним последовала толпа.
    Увидав их приближение и приняв их за богомольцев, жрецы открыли первую
    железную дверь.
    Навстречу толпе, с пением молитвы, с высоко поднятыми для благословения
    руками, вышел главный жрец.
    Анаит на коне въехала в храм. Она подскакала к алтарю, нащупала в стене
    тайную пружину, стена разошлась надвое, и перед изумленной толпой
    предстали тяжелые железные двери.
    - Открой эту дверь, - приказала главному жрецу Анаит.
    Вместо ответа главный жрец с вооруженными слугами бросился на Анаит.
    - Она осквернила храм! Смерть ей! - бесновался главный жрец, призывая
    горожан к мести.
    Умный конь Анаит затоптал его могучими ногами, а тем временем на подмогу
    отважной женщине, сражавшейся с окружавшими ее жрецами, подоспело войско и
    истребило всех врагов до единого. Народ со страхом и недоумением следил за
    происходящим.
    - Подойдите поближе и посмотрите, что скрыто в подземелье вашего храма! -
    сказала Анаит.
    Когда двери пещеры сорвали с петель, страшное зрелище предстало народу. Из
    адского подземелья выползли люди - не люди, а тени. Многие из них были при
    смерти и не могли стоять на ногах. Другие, ослепнув от света, шатались и
    ползли, как муравьи. Последними вышли Вачаган и Вагинак с полузакрытыми
    глазами, чтобы дневной свет не ослепил их.
    Воины ворвались в подземелье и вынесли оттуда тела умерших людей, орудия
    пыток, ремесленные инструменты и котлы с человеческим мясом. Пристыженные
    горожане помогли им разбить и очистить храм. Только покончив с этим, Анаит
    вошла в наскоро сооруженную палатку, где ждали ее Вачаган и Вагинак.
    Царь с царицей уселись рядом и не могли наглядеться друг на друга.
    Вагинак, плача, приник к руке Анаит.
    - Мудрая царица! Это ты спасла нас сегодня!
    - Нет, Вагинак! Не сегодня спасла вас мудрая Анаит, а тогда, когда
    спросила: "А знает ли сын вашего царя какое-нибудь ремесло?" Помнишь, как
    тот смеялся тогда?
    Пристыженный Вагинак молча опустил глаза. С тех пор прошло много лет, но
    слава о мудрой Анаит жива до сих пор.
     
  3. Эрика

    Эрика

    Регистрация:
    31 мар 2006
    Сообщения:
    4.956
    Симпатии:
    0
    Род занятий:
    ученица
    Адрес:
    россия))
    ~АнГеЛоЧеК~ моя любимая :lol: :roll:
     
  4. ~АнГеЛоЧеК~

    ~АнГеЛоЧеК~

    Регистрация:
    22 апр 2006
    Сообщения:
    179
    Симпатии:
    0
    Моя тоже ;) САМАЯ ЛУЧШАЯ АРМЯНСКАЯ СКАЗКА :!: :!: :!:
     
  5. Эрика

    Эрика

    Регистрация:
    31 мар 2006
    Сообщения:
    4.956
    Симпатии:
    0
    Род занятий:
    ученица
    Адрес:
    россия))
    Да армянские сказки все хорошие!ну по крайней мере там не бегают всякие царевичи и ищут свой лук :wink: :lol: а хотя мне и русские некоторые сказки нравятся))
     
  6. Mar

    Mar

    Регистрация:
    2 апр 2006
    Сообщения:
    3.091
    Симпатии:
    0
    Адрес:
    Москва
    Счастье глупца

    Жил когда-то бедняк. Как ни трудился он, как ни бился - всё никак не мог
    выбиться из нужды.
    И вот дошёл он до отчаяния и решил: "Пойду-ка я разыскивать Бога. Разыщу и
    узнаю, долго ли мне маяться. Да тут же и выпрошу чего-нибудь для себя".
    По дороге повстречался он с волком.
    - Добрый путь, братец-человек! Куда ты идёшь? - спросил волк.
    - Иду к Богу, - ответил бедняк, - горе своё хочу ему поведать.
    - Как доберёшься до бога, скажи ему: есть, мол, на свете один голодный
    волк, день-деньской рыщет он по горам и долинам, а пропитания, найти не
    может. Спроси: долго ли тому волку голодать? И ещё скажи: если ты сотворил
    его, так и кормить должен.
    - Ладно, - молвил бедняк и продолжал путь.
    Много ли, мало ли он прошёл - встретил красавицу-девушку.
    - Куда идёшь, братец? - спросила девушка.
    - К Богу иду.
    - Как увидишь бога, - взмолилась красавица, - скажи ему: есть одна девушка
    - молодая здоровая, богатая, а ни радости, ни счастья не знает. Как ей
    быть?
    - Скажу, - пообещал бедняк и пошёл своей дорогой.
    Встретилось ему дерево. Хоть оно и стояло у самой реки, но совсем засохло.

    - Куда ты идёшь, эй, путник? - спросил дерево.
    - К Богу иду.
    - Тогда погоди, передай Богу и мои слова. Скажи ему: слыхано ли такое дело
    - расту я у самой речки, а круглый год стою сухим! Когда же я зазеленею?
    Выслушал бедняк жалобу дерева и продол жал свой путь.
    Шёл он, шёл, пока не дошёл до Бога.
    Видит - восседает Бог в образе седовласого старца под высокой горой,
    прислонясь к утёсу.
    - Добрый день! - молвил бедняк, став перед Богом.
    - Добро пожаловать, - ответил Бог. - Чего тебе надо?
    - Хочется мне, чтобы ты ко всем людям относился одинаково - не давал бы
    одному всё, другому ничего. Вот я - сколько ни бьюсь, сколько ни тружусь,
    а всё из нищеты не выбьюсь, многие же вдвое меньше меня работают, а живут
    в достатке и покое.
    - Ладно, ступай, скоро разбогатеешь. Я пошлю тебе счастье. Живи и
    наслаждайся.
    - У меня к тебе ещё дело, господи, - сказал бедняк и поведал Богу о
    жалобах голодного волка, красивой девушки и засохшего дерева.
    Бог дал ответы на все вопросы. Бедняк поблагодарил его и ушёл.
    На обратном пути подошёл он к засохшему дереву.
    - Что сказал про меня Бог? - спрашивает засохшее дерево.
    - Сказал, что под тобою зарыто золото. Покуда его не откопают и не дадут
    твоим корням простор, тебе не зазеленеть.
    - Так куда же ты уходишь? Выкопай золото, оно нам обоим пойдёт впрок: ты
    разбогатеешь, а я зазеленею.
    - Нет, некогда мне, я тороплюсь. Бог даровал мне счастье, я должен
    поскорее найти его и наслаждаться, - ответил бедняк и ушёл.
    Идёт он, а красавица-девушка дорогу ему преградила:
    - Какую весточку для меня несёшь?
    - Бог сказал: Ты должна найти себе хорошего мужа. Тогда тоска отступится
    от тебя и заживёшь Ты в радости и счастье.
    - Ну, если так, то будь ты моим дорогим мужем.
    - Вот ещё! Некогда мне. Бог обещал мне счастье, надо найти его поскорее и
    наслаждаться, - сказал бедняк и зашагал дальше.
    На дороге поджидал его голодный волк.
    Только завидел он бедняка - кинулся к нему:
    - Ну, что сказал тебе Бог?
    - Братец ты мой, после тебя встретил я ещё красавицу-девушку и засохшее
    дерево. Девушка хотела знать, отчего её жизнь так безрадостна, а дерево -
    почему оно весной и летом не может зазеленеть. Рассказал я Богу, а он и
    говорит: "Девушка пусть найдёт себе д
    - А про меня что сказал Бог? - спросил голодный волк.
    - А про тебя он сказал, что ты будешь рыскать голодным до тех пор, пока не
    найдёшь глупца. Как сожрёшь его, так и насытишься.
    - Глупее тебя мне никого не сыскать, - промолвил волк и съел глупца.
     
  7. Эрика

    Эрика

    Регистрация:
    31 мар 2006
    Сообщения:
    4.956
    Симпатии:
    0
    Род занятий:
    ученица
    Адрес:
    россия))
    ГИБЕЛЬ ХУДОЖНИКА

    В одном из селений древней Армении жил странный художник по имени Мануг. Иногда красивого человека писал он уродом, а случалось, немощного изображал богатырём. Многие его не любили. И мстили, как могли: то детей его обидят, то овцу прирежут. А овца для бедняка, что для богатого - отара...

    Мануг работал ожесточённо и много. Но никто не хотел покупать его картины. Чем больше он работал, тем больше беднел. Любой гончар или кузнец жил лучше художника. Мануг стал думать, что людям нужнее горшки.

    С недоумением спрашивала жена художника:

    - За что Господь наказал меня? У других мужья, как мужья: сеют, пашут, жнут. А этот только и знает, что малевать...

    Раздумья и одиночество гнали художника в горы. Однажды на скалах Мануг встретил гончара.

    - Добрый свет, брат Ованес. Чего подскочил? И ты боишься?

    - Ты не зверь какой, чего тебя бояться?

    - Все меня избегают. Решил, что и ты...

    - Люди не любят тех, кто не работает.

    - Ованес, Ованес, да возвысится твой дом! Я тружусь день и ночь. Тружусь, как вол. А ты мне говоришь такие слова...

    - Это не работа. Прямых ты кривишь, кривых выпрямляешь. Рисовал бы, как все.

    - Как все - это проще. Труднее быть самим собой. Но не будем ссориться, брат Ованес. Ведь и ты лепишь горшки не такие, как у всех. Потому что ты художник.

    - Но мои горшки берут, а твои картины - нет. Значит, не туда идёшь.

    - Ованес, ведь я тебя не учу, как лучше лепить горшки. Хотя мог бы. А вот художников почему-то поучают все.

    - Учить меня? Гончара - гончарному делу?! - возмутился тот.

    - А зачем ты поднялся в горы? - улыбнулся Мануг. - Глину искал? Её у тебя во дворе целая гора. Твои горшки - всегда нарасхват. Нет, ты пришёл глянуть на травы. В каждом листке ищешь незнакомое и говоришь себе: "Уже было". Я видел многое, созданное тобой.

    - Скажи, - почему-то прошептал гончар.

    - Потому что не туда идёшь. Горы отдали тебе всё - и большего не требуй. Иди к людям. К внуку своему. Присмотрись. Малыш, пуская пузыри, борется с пелёнками, опутавшими его: стремление к свободе развивается с детства. У ребёнка большая голова и тонкие ног

    Создашь ты его, порадуешься и снова загрустишь. Тогда на празднестве, где люди поют, смеются, танцуют, тебя удивит, сколько в селении стройных девушек. А среди них одна, со стыдливо-гордым взглядом, гибкой шеей, чёрными косами до пят - та, которую ты всю жизнь искал. И родится у тебя тонкостанный кувшин. Не кувшин - молодость. Звонкий, сам поёт. Создашь его, и не будет счастливее тебя человека.

    Все устают, Ованес, от всего устают. И ты забудешь, как бывал счастлив, найдя новый узор, оттенок, изгиб... Начнешь по-новому искать ещё не созданный кувшин, искать смысл своей жизни. Остановишься, когда найдешь, перед седобородым дедом. С головой, ушедшей в плечи. Мозолистыми руками. Натруженными ногами, будто вросшими в землю. Ногами, прошедшими не одну сотню вёрст. Спина старика согнулась под тяжестью лет. В глазах глубина небес и величие гор. Сила старости - в мудрости. А там, где мудрость, крика не может быть: не спешит старик раздать накопленное случайным людям. Увидишь его, и будто молния тебя озарит - как соединить глубину небес с величием гор через согнутую спину, натруженные узловатые руки-ноги, сжатую мудрость губ, чтобы через него - одного - передать трудолюбивый народ... Вот когда создашь ты большой кувшин. Не кувшин - итог своей жизни.

    Ованесу тут же захотелось одарить художника. Но он не знал, как и чем. Поспешно сказал:

    - В селении думают о тебе, как о сумасшедшем. Но ты - ясновидец! Разгадываешь мысли и людей видишь насквозь. Сразу нашёл то, что я годами искал. Одного не соображу: почему не рисуешь иконы?

    - Ованес! Бога надо искать, найти, понять! И не выдумать - увидеть хочу, чтобы спросить, почему в мире так много зла.

    - Тогда рисовал бы богачей, как они хотят. Зачем коверкаешь их? Так и моришь голодом и жену Майрам, и своих детей, Мануг.

    - Ованес джан, зря о детях сказал. А жена - что жена? Им всегда всего мало. Дар даётся немногим. Немногим, но для всех. Смею ли я продать, что не только моё? Даже ради детей. Вырастут - поймут.

    - Не сердись, Мануг джан, не для обиды спросил. Лучше посмотри на наши горы. Видишь, сколько камней? Мечта моей жизни - разбогатеть, закупить во всех селениях арбы и на них привезти землю из долин - прикрыть выступы. Бог свидетель, эти камни - кости наших

    Вздрогнул художник. Впился глазами в доброе лицо Ованеса, словно видел впервые, рывком обнял его, резко повернулся и побежал в свой старый дом. А скоро жена художника увидела картину: с чудовищем сражался богатырь. И был он лицом похож на гончара.

    Майрам поспешила насмешить соседей. Соседи - своих соседей. Вскоре чуть ли не всё селение хохотало до слёз. Почти каждый встречный теперь кричал гончару:

    - Ва! Храбрый Ованес! Долгих лет, спаситель! Спеши взять меч-молнию, враг на нас идёт!..

    Маленький, тщедушный, хромой Ованес, опустив голову, сгорал от стыда. Нигде не мог он укрыться от насмешников. Проклинал:

    - Будь чёрным день встречи в горах, Мануг! Чтобы высох твой род! Чтобы погасло твоё солнце! За что, бессердечный, посмеялся над стариком? За что сделал посмешищем.

    Смех людей не смутил Мануга. Он раздумывал: "Они смеются не надо мной. Просто отвыкли от правды. Сами себя не видят, не знают, не понимают. А долг художника - помочь им подняться. Пусть я живу хуже башмачника: разве не знаю, как стать богатым? Но для этого надо кривить душой. Обман же обману рознь. От обмана купца - сотни обедневших. От лжи художника - целые поколения. Пусть простят мне мои дети. Вырастут - поймут..."

    Размышления прервал стук. Неслыханно! В низкую дверь вошёл князь в сопровождении слуг.

    - Добрый день, Мануг! Добрый день, варбед! Покажи, покажи, что творишь с людьми. Говорят, ты мастер смеяться над ними?

    - Да будет, князь, к добру твой приход. Я пишу сородичей, какими их вижу. А им кажется, что они лучше или хуже. Из-за этого и обиды. Даже добрейший Ованес проклинает меня...

    Князь начал рассматривать картины. С одного полотна на него дерзко смотрел крестьянин. "В глазах моих крестьян - покорность. Они согнуты нуждой. И чем беднее, тем покорней. Зачем дерзкие?"

    Нахмурился князь, но сдержал себя. Остановился перед другой картиной: на лань охотились турок, византиец и перс. От раненой лани тянулся кровавый след, похожий на очертания Армении. Князь поспешно отвернулся. И здесь увидел портрет юноши, известного своим уродством. Юноша жил подаянием, но никогда не радовался, не благодарил и не крестился, если даже подавали щедро. На портрете одухотворённо смотрел на луч солнца, который надвое рассёк мрачную тучу.

    Осмотрев ещё несколько картин, князь вновь подошёл к портрету юноши. Возвышенный образ захватил его.

    - Если и меня напишешь не хуже, награда будет достойной.

    Пронзительно взглянул художник в красивое лицо князя. И вздрогнул: чуть ли не все пороки прочёл на красивом лице властелина. Твёрдо ответил:

    - Нет! Таким я не могу тебя написать!

    - Что, и мне для этого надо стать горбатым? - усмехнулся князь.

    - Горб юноши - муки и надежда народа. И ты, князь, горбат. Но твой горб - пороки и злодеяния.

    Расхохотался князь.

    - Нет! Таким я не могу тебя написать! - повторил художник, переведя взгляд на портрет.

    - Мануг, ты беден, потому что упрям. А ведь твои дети не хуже других, - и к ногам художника упал тугой кошелёк.

    - Кто несёт правду, не бывает богат. Возьми кошелёк, князь, я неважный льстец, - ещё не досказал он, как ворвалась жена - Майрам.

    Она схватила кошелёк, прижала к иссохшим грудям и с ненавистью посмотрела на мужа:

    - Нет, ты будешь рисовать! В селении нет человека, кому мы не должны. Ради детей прошу, не ради себя. Уступи хоть раз! А не уступишь - не надо! Я сейчас же раздам долги, а ты с князем рассчитывайся сам... - и раздражённо хлопнула дверью.

    С омерзением писал князя Мануг. Падала палитра. Ломались кисти. Терпеливо сидел перед ним князь. Почтительными тенями в стороне стояли слуги.

    Когда все кисти были переломаны, князь послал слугу за новыми. С другими кистями, не имевшими прошлого, дело пошло не так скованно. Покорными псами лизали они все краски подряд.

    Через несколько новолуний князь забрал портрет. После этого посыпались заказы именитых...

    Мельничными жерновами закрутились дни, недели, годы, увеличивая доходы и седины художника. И странно: чем меньше работал Мануг, тем больше богател. Заморские мастера выстроили ему дворец. В его конюшне стояли скакуны лучших пород. Жена Мануга тонула в шелках. Дочери блистали драгоценностями. Сыновья небрежно швыряли золотыми. А самого Мануга знатные наперебой приглашали в гости. Молча ездил он на всякие торжества. Молча ел и пил. Не успевал встать из-за одного стола, как его усаживали за другой. И вновь вино, тосты, весёлая музыка, звучавшая для художника погребальным плачем. Никто не догадывался, что Мануг перестал видеть людей такими, какие они есть. Теперь их видел такими, какими они хотели выглядеть. Легкие кисти тянула вниз тяжесть кошельков. Лестью затуманились когда-то пронзительные глаза. Сальными стали руки от жирных шашлыков. С ненавистью смотрел Мануг на жену, толкнувшую его на этот путь. Невзлюбил и детей, которых богатство растило ленивыми и чванливыми. Они сорили деньгами, пахнувшими унижением отца.

    А вскоре на людей обрушился мор. Болезнь свирепой тучей носилась по селениям: кто был силён - ослаб, кто был слаб - погиб. Люди вспомнили Бога и поспешили в храмы. Начали резать скот во имя всемогущего. А тщедушный Ованес не заболел. Не слегли ещё несколько чабанов. Задумался гончар: почему бы? Догадавшись, собрал всех, кто ещё мог ходить. Привёл на горные луга, где искал для своих кувшинов новые формы. Сказал измученным людям старик:

    - Если небо бессильно, сами спасём себя. Чабаны здесь пасли овец - не слегли. Я рвал эти травы - не заболел. Целебны они! Давайте соберём травы. Будем поить соком слабых и больных. Поднявшиеся на ноги пусть спасают других.

    Долго боролись за жизнь. Страшный недуг наконец отступил. Исцелился народ и прославил Ованеса. Песню о нём сложил ашуг. Тут вспомнили о картине Мануга: сражается с чудовищем богатырь, и лицом он похож на хромого гончара. Священники признали в нём святого. Картину повесили в церкви, на видном месте. Она стала иконой. И толпа, до этого хохотавшая над ней, теперь со слезами молилась на неё.

    С тех пор, как семью Мануга спасли крестьяне, в просторном дворце стало тесно ему. Однажды ночью он не выдержал. Вышел из покоев и направился в горы. Но горы его встретили враждебно: неистово хлестал дождь, яростно упирался ветер, сбивая с ног. Мануг скользил к пропасти. Падал, и пачкались дорогие одежды. Поднимался он - ветер гнул, сгибал, швырял на камни. Мануг с горечью думал, вытирая кровь: "Я купил земные блага, отдав взамен свой волшебный дар. Отдал и обессилел. В бедности силу я черпал в горах, а теперь и горы обессиливают меня..."

    Не преодолев подъёма в суровых горах, Мануг к рассвету вернулся назад. Крестьяне уже запрягали быков. Озябшие дети помогали им.

    "А мои ещё спят - устали от танцев и пиров. И долго ещё будут спать... Да и я усыплён. Разве раньше мог бы пройти мимо крика нищеты!" - И вдруг за спиной услышал голос гончара:

    - Никого теперь не видит Мануг. У него сейчас позолоченные глаза!..

    Сжался Мануг от оскорбления - знал: заслуженного - и побежал в старый дом. Выбил заколоченную дверь. Схватил поломанные кисти, когда-то верой и правдой служившие ему. Прижал к груди. И сказал он кистям, как погибшим воинам:

    - С тех пор, как я вам изменил, души обездоленных стали недоступны мне. Я куплен богатством, которое уродует моих детей, похитило мой дар. Теперь я не хуже других обманываю народ. Но обманывать можно и без позолоченных глаз. Так пусть же ослепнет уводящий

    Упал Мануг на палитру с засохшими красками. Палитра покрылась кровью - последней краской художника.
     
  8. ~АнГеЛоЧеК~

    ~АнГеЛоЧеК~

    Регистрация:
    22 апр 2006
    Сообщения:
    179
    Симпатии:
    0
    Разум и сердце

    Однажды разум и сердце заспорили. Сердце твердило, что люди живут для него, а ум настаивал на обратном. Они не стали прибегать к помощи судьи, а решили действовать в одиночку и не вмешиваться в дела друг друга. Свой уговор они решили испробовать на одном крестьянине.

    Крестьянин, как обычно, взял соху и пошел в поле. Когда он приступил к вспашке, соха его застряла в борозде. Нагнувшись, он увидел в земле медный кувшин с золотом.

    Как мне теперь быть? - подумал он. - Большие дела я могу сделать на эти деньги, могу стать богатым человеком.

    В то же время пришло ему в голову: "А что, если узнают об этом воры и придут за ним? Коли стану перечить, - меня убьют".

    Занятый этими мыслями, он вдруг заметил судью той страны, проходившего по дороге.

    Лучше дам я золото судье, и сам спокойно продолжу свою работу, - решил крестьянин и, бегом пустившись за судьей, привел его на свое поле.

    Но тут вернулся к нему разум. Опомнившись, крестьянин немедленно спрятал кувшин за спину и сказал судье:

    - Ага, ты судья и человек ученый. Скажи-ка мне: из этих двух моих быков какой лучше?

    Судья, услышав эти слова, в сердцах выругал его и ушел. С его уходом ушел от крестьянина и разум.

    Вновь призадумался крестьянин: "Зачем я не дал ему золото, что я буду с золотом делать, где буду держать?".

    Оставив работу, он так размышлял до вечера, пока не заметил судью, возвращавшегося из деревни.

    Бросился он к нему, стал умолять-упрашивать еще разок прийти к нему на поле.

    Судья, решив, что тут что-то кроется, пошел с ним.

    Но разум опять вернулся крестьянину, и он сказал судье:

    - Умоляю тебя, не сердись, посмотри на это мое поле, ты человек ученый! Что больше - вчерашняя моя запашка или сегодняшняя?

    Судья, решив, что пахарь сошел с ума, засмеялся и ушел. С ним вместе отошел от крестьянина и разум - и уселся на краю поля.

    - О господи! - сказал вне себя от ярости крестьянин. - Зачем я не дал судье золото, где и как я буду его держать?

    И недолго думая запрятал кувшин с золотом в мешок, в котором доставляли ему в поле обед, закинул мешок за спину и, возвратившись домой, сказал жене:

    - Жена, живо привяжи быков, дай им сена и убери соху! Я иду к судье.

    Увидела жена за плечом мужа мешок и решила узнать, что в нем запрятано.

    - Не мое женское дело привязывать быков - я вожусь только с овцами да коровами. Лучше привяжи сам и иди куда хочешь.

    Оставив мешок в комнате, муж пошел загнать быков в хлев. Жена вынула из мешка кувшин с золотом и бросила в мешок камень. Выйдя из хлева, муж торопливо подхватил мешок и пустился прямо к судье.

    - Вот тебе подарок, бери! - сказал он судье.

    Когда судья развязал узел, крестьянин опешил.

    Судья рассердился, но, решив, что тут что-то неладно, велел посадить крестьянина в тюрьму и приставил к нему двух людей, приказав им сообщать все, что тот будет делать и говорить.

    Сидя в тюрьме, крестьянин стал что-то бормотать и показывать руками: кувшин-де был таких-то размеров, носик такой-то, объем такой-то, дно такое-то, и столько-то в нем золота.

    Приставленные к нему люди доложили судье: так и так, он махал руками, а говорить - ничего не говорил.

    Судья велел вызвать его к себе.

    - Расскажи, почему ты махал руками и что ты измерял?

    Ум сейчас же вернулся к крестьянину, и он ответил судье:

    - Измерял я тебя: голова твоя такая, шея такая, живот такой, борода такая, и говорил про себя: кто больше - ты или наш бородатый козел?

    Судья вышел из себя и велел его повесить. Повели, чтобы повесить, но, когда, надев ему на шею петлю, хотели ее затянуть, он взмолился:

    - Не казните меня, я пойду к судье и скажу ему всю правду!

    Привели его к судье.

    - Скажи правду, что это ты измерял в тюрьме?

    - Нечего тебе мне говорить: если бы не сняли петлю с моей шеи, я бы погиб, вот и вся правда, - ответил крестьянин.

    Засмеялся судья при этих словах и освободил крестьянина.

    Раскаялись разум и сердце в том, что сделали, и дали зарок отныне действовать вместе, решив, что человека делают человеком разум и сердце, сердце и разум.
     
  9. жу-жа

    жу-жа

    Регистрация:
    3 ноя 2006
    Сообщения:
    89
    Симпатии:
    0
    Адрес:
    Муха из Мухосранска!!!!
    :D Знаете какая моя любимая сказка?:)) Про Кикоса)[/i]
     
  10. Волшебница

    Волшебница

    Регистрация:
    10 мар 2006
    Сообщения:
    1.034
    Симпатии:
    0
    Раасказывай нам сказку про Кикоса :)
     
  11. жу-жа

    жу-жа

    Регистрация:
    3 ноя 2006
    Сообщения:
    89
    Симпатии:
    0
    Адрес:
    Муха из Мухосранска!!!!
    если честно я могу тока в кратце, мне её в далёком детстве рассказывали))
     
  12. Волшебница

    Волшебница

    Регистрация:
    10 мар 2006
    Сообщения:
    1.034
    Симпатии:
    0
    Как угодно :)
     
  13. Piligrimo4ka

    Piligrimo4ka

    Регистрация:
    7 июн 2006
    Сообщения:
    3.152
    Симпатии:
    2
    Род занятий:
    студентка
    Адрес:
    с большой деревни
    Арев и Краг

    (прим. "Арев и Краг" в переводе с армянского означает "Солнце и Огонь")

    Когда земля породила людей, в мире властвовали тьма и холод. Арев и Краг
    только-только учились ходить. Жили они с племенем в одной из пещер тогда
    ещё молодого Арарата.
    Взрослые мужчины охотились и нередко становились жертвами хищников: те
    видели в темноте лучше человека. Добыть зверя мог лишь сильный, который
    сам и съедал почти всё добытое. Поэтому златокудрая Арев и кудрявый Краг
    нечасто лакомились сочным мясом. В мечтах о еде прошло детство.
    Однажды в пещере поднялся невообразимый шум. Кто-то предложил охотиться
    сообща. Это не понравилось сильным охотникам. Но после долгих и жестоких
    споров избрали вождя, слово которого должно было стать законом.
    Теперь первым ел вождь, чтобы не ослабеть. За вождём ели сильные охотники,
    чтобы всегда быть сильными. Последними ели женщины и дети. Вождь зорко
    следил, чтобы охотники приносили всю добычу в пещеру. Нарушивший этот
    закон изгонялся и вскоре становился пленником соседних племён или жертвой
    хищников.
    Как ни тяжела была жизнь в темноте и холоде, племя росло. Когда Арев и
    Краг стали подымать камни, доступные силе взрослого, им позволили
    охотиться.
    Дошли Арев и Краг до леса. Ветер, дувший навстречу, шепнул о близости
    тигра.
    - От него не уйти. Лезем на дерево, - сказал Краг.
    С ловкостью обезьян взобрались они по веткам. Свежие следы человека
    привели зверя к дереву. Тигр задрал усатую морду и зарычал. Арев
    содрогнулась. Припала к плечу Крага. Юноша выжидал, крепко сжимая камень.
    Вдруг горящий взгляд хищника осветил его лицо. Краг прыгнул вниз. Удар
    камня убил тигра. Краг испустил победный клич. Гордо взглянул на Арев, но
    от изумления упал на тушу зверя – Арев светилась!
    Краг испугался, но глаз от девушки отвести не мог.
    - Что с тобой?
    - Сама не знаю. Горящий взгляд тигра зажёг твоё лицо. Оно и сейчас
    охвачено жарким пламенем. Мужество сделало твоё лицо прекрасным: оно
    пронзило мою грудь. Это горит моё сердце. Сияет душа.
    Арев говорила, а горячие слёзы – слёзы любви, радости и боли, первые слёзы
    на земле – струились из её глаз. Они превращались в яркие звёзды и
    возносились на чёрное небо. А одна из них упала на грудь Крага. Он
    почувствовал жгучую боль в груди. Но почему-то от неё было сладко ему. Он
    тоже всё смотрел и смотрел на Арев.
    И тогда Арев сошла на землю.
    - Пойдём. Нас ждёт вождь, - сказала она.
    С трудом Краг взвалил тушу тигра на плечи. Но ещё больших усилий ему
    стоило отвести взгляд от Арев. Девушка шла впереди, освещая тропинку. От
    её сияния озарялся лес.
    Они вошли в пещеру и озарили тёплым светом все её тёмные холодные углы.
    Краг долго уверял, что он и Арев – не злые духи лесов и гор. Люди с
    недоверием собрались вокруг Ареви и Крага. Они с опаской разглядывали
    светящуюся девушку и юношу с огненным лицом. Ужас леденил их неробкие
    сердца…
    Темнота уступила свету. Холод – теплу. Люди начали оглядывать своё жилище,
    самих себя. Впервые увидели, что они разные. Поражала красота одних и
    безобразие других.
    Заметил и вождь, что немало в пещере девушек-красавиц. Но тут его взгляд
    остановился на молодых и сильных охотниках. Задымилось старое сердце
    ревностью. Злобная судорога пробежала по лицу. Свет на вождя начал давить
    тяжелее темноты…
    Тот же груз лёг на плечи женщин, имевших мало зубов и много седин. Они
    испугались, что теперь никому не будут нужны. Кинулись к вождю:
    - Выслушай нас, недостойных! Вели убить Арев и Крага. Пусть настанет мрак!
    Чем меньше люди видят, тем они счастливее!
    - Убить их! Убить! – сотрясалась пещера.
    Вождь поднял руку. Разом всё смолкло.
    Власть сделала вождя одиноким и жестоким. Но на то он и был вождь, чтобы
    думать глубже, видеть дальше, быть твёрже. Он сказал:
    - В темноте нам труднее отыскивать съедобные корни, ловить рыбу,
    охотиться. Но и вместе Арев и Крага оставлять нельзя! Напившийся воды
    остынет, наевшийся – уснёт…
    Как сказал суровый вождь, так и поступило племя. Забросили на небо Арев. А
    Крага, заковав, переносили из пещеры в пещеру.
    Каждое утро встаёт Арев и до самого вечера разыскивает Крага. Прошли
    тысячелетия. А она не теряет надежд встретить любимого. До сих пор горит
    её сердце, светится душа. Такая судьба и у Крага – даже в страдании своём
    согревать людей. И пока Арев и Краг любят друг друга – они бессмертны, как
    бессмертны и люди, подобные им.
     
  14. Piligrimo4ka

    Piligrimo4ka

    Регистрация:
    7 июн 2006
    Сообщения:
    3.152
    Симпатии:
    2
    Род занятий:
    студентка
    Адрес:
    с большой деревни
    Портной и царь
    Жил царь, жадный и жестокий.
    Однажды он приказал созвать во дворец всех портных, ткачей, вышивальщиков и сказал им:

    - Слушайте, мастера! Что согревает нас в холодные зимние ночи? Одеяло. Что укрывает нас от зноя? Одеяло. Скажу коротко: человек без одеяла - что конь без седла. Так вот: кто сошьёт одеяло точно по нашему царскому росту, получит в награду руку нашей дочери, царевны Рачии Огнеглазой и полцарства в придачу. Но тот, кто принесёт слишком длинное или слишком короткое одеяло, станет нашим рабом. Мы всё сказали, о люди, и наше царское слово дороже золота, крепче алмаза.

    Ткачи, портные и вышивальщики принялись за работу. Одни из них стегали одеяла на вате и на пуху, мягкие и тёплые, как шерсть горной козы; другие ткали одеяла из сверкающих шёлковых нитей, лёгкие, как облако; третьи, растянув на пяльцах бархат, вышивали по нему золотом и серебром тончайшие узоры. Они украшали одеяла яркими

    кистями, обшивали мехом и подбивали парчой. Но ни один из них не мог угодить царю.

    Если ему приносили длинное одеяло, он нарочно накрывался им не вдоль, а поперёк и ворчал:

    - Гляди, твоё куцее одеяло не покрывает даже моих ног!

    Если же одеяло было коротким, он сжимался в комок и кричал на весь дворец:

    - Глупый, ты сшил одеяло на великана. Не видишь, я тону в его складках!

    И никто не смел перечить царю.

    Тысячи несчастных, проклиная судьбу, становились рабами жадного царя. Закованные в цепи, они работали день и ночь в глубине горных пещер, не видя солнца и не зная

    отдыха.

    Слух о злодеяниях царя дошёл до одного портного. Этот портной был стар, беден и хром. Он ходил опираясь на палку и никогда не помышлял о царевне Рачии Огнеглазой. Но у старого портного было доброе сердце. Он сказал своей жене:

    - Клянусь папахой, или я умру или выручу этих несчастных. Пусть будет, что будет!

    Из обрезков ситца он сшил одеяло точно по росту царя, взял на дорогу горсть чортана - сухого творога - и пошёл во дворец, опираясь на свою суковатую палку.

    В горах, где гуляют тучи и сверкает вечный снег на вершинах, ястребиным гнездом высился царский замок, окружённый зубчатыми стенами, укреплённый бойницами и украшенный изображениями каменного вишапа - дракона, разевающего свою страшную пасть.

    Портной смело подошёл к окованным железом воротам и попросил доложить о себе царю.

    Царские слуги взглянули на лоскутное одеяло и подняли портного на смех:

    - На что ты надеешься, хромой безумец! Царь и глядеть не станет на твои лохмотья!

    - Я надеюсь на верного помощника, с которым много лет не расстаюсь, - ответил, усмехаясь, портной.

    Слуги не поняли его слов, но, помня строгий приказ, ввели портного в покои царя.

    Царь взглянул на портного и поморщился, потому что портной был стар, худ и хром. От такого работника нельзя было ждать большой прибыли. Но он не захотел при слугах нарушить своего царского слова и сказал:

    - Ва!.. Хвалился ишак конём стать, да уши помешали? Самые искусные мастера не сумели сшить одеяла по моему росту, а этот нищий оборванец надеется угодить мне? . .

    - Не было бы ишака, пришлось бы коню возить на себе хворост, - ответил портной. - Примерь моё одеяло, о царь, и пусть я потеряю папаху, если оно не придётся тебе точно по мерке.

    - Накройте меня ветошью, которую этот урод осмеливается называть одеялом, - приказал царь.

    Царские слуги накинули на царя одеяло, и оно покрыло его с головы до ног.

    Но царь в один миг перевернул одеяло поперёк, и все увидели, что царские ноги в алых бархатных туфлях торчат наружу.

    - Наденьте на этого безумца собачий ошейник и посадите его на цепь посреди двора? - сказал царь. - Пусть он по ночам пугает лаем летучих мышей?..

    Услышав слова царя, слуги стали смеяться над бедным портным.

    - Умный человек смеётся после всех, - сказал мастер и ударил царя по ногам своей суковатой палкой.

    Царь взвыл, как буйвол, и спрятал ноги под одеяло, а слуги так и замерли с открытыми ртами, поражённые дерзостью портного.

    - Немедленно казните дерзкого? - крикнул царь.

    - О царь, - остановил его портной, - одеяло-то пришлось тебе точно по росту, а я слышал, что твоё царское слово дороже золота, крепче алмаза.

    Крик гнева застрял у царя в горле; он вспомнил старую поговорку: “Кто обманул сегодня, - тому не поверят завтра”. Дрожа от бессильной злобы, царь ответил:

    - Ты прав, портной. Моё слово дороже золота, крепче алмаза. Я отдам тебе полцарства и царевну Рачию, но только в том случае, если ты поклянёшься молчать о том, что ударил царя.

    - О царь! - ответил портной. - Мне не нужно царства, и я не достоин даже глядеть на Рачию Огнеглазую. Выпусти из горных пещер несчастных рабов, и я уйду, отвешивая тебе низкие поклоны.

    Попав в капкан, лисица сама себе отгрызает лапу. Вместе с портным пришлось царю отпустить всех рабов, да ещё пожелать им добра на дорогу.
    _________________
    Скажи мне, что ты ищешь в Интернете, и я скажу, кто ты.
    Крут не тот, кто всё попробовал, а тот, кто от многого отказался
     
  15. Piligrimo4ka

    Piligrimo4ka

    Регистрация:
    7 июн 2006
    Сообщения:
    3.152
    Симпатии:
    2
    Род занятий:
    студентка
    Адрес:
    с большой деревни
     
  16. Piligrimo4ka

    Piligrimo4ka

    Регистрация:
    7 июн 2006
    Сообщения:
    3.152
    Симпатии:
    2
    Род занятий:
    студентка
    Адрес:
    с большой деревни
     
  17. Piligrimo4ka

    Piligrimo4ka

    Регистрация:
    7 июн 2006
    Сообщения:
    3.152
    Симпатии:
    2
    Род занятий:
    студентка
    Адрес:
    с большой деревни
     
  18. Piligrimo4ka

    Piligrimo4ka

    Регистрация:
    7 июн 2006
    Сообщения:
    3.152
    Симпатии:
    2
    Род занятий:
    студентка
    Адрес:
    с большой деревни
     
  19. Piligrimo4ka

    Piligrimo4ka

    Регистрация:
    7 июн 2006
    Сообщения:
    3.152
    Симпатии:
    2
    Род занятий:
    студентка
    Адрес:
    с большой деревни
     
  20. Piligrimo4ka

    Piligrimo4ka

    Регистрация:
    7 июн 2006
    Сообщения:
    3.152
    Симпатии:
    2
    Род занятий:
    студентка
    Адрес:
    с большой деревни
     

Поделиться этой страницей